А вы знаете?

       Самая знаменитая и древння книга Исландии и Скандинавии, написанная в XIII в., является "Младшая Эдда".

На заметку:

Успех web-мастера?

Викинги

Викинги

А вы знаете?

       Содержание скандинавских мифов, рассказывающих о приключениях скандинавских богов, сильно отличается от праиндоевропейских сюжетов.

Королевские саги
" Сага о сыновьях Харальда Гилли " часть 1

       Ингирид, конунгова вдова, лендрманны и дружина Харальда конунга решили послать быстроходный корабль на север в Трандхейм, чтобы сообщить трёндам о смерти Харальда конунга, а также о том, что трёнды должны провозгласить конунгом Сигурда, сына Харальда конунга, который был тогда на севере и который воспитывался у Гюрда Сеятеля сына Барда.
       А Ингирид, конунгова вдова, сразу же отправилась на восток в Вик. Другого ее сына от Харальда конунга звали Инги. Он воспитывался в Вике у Амунди, сына Гюрда, сына Берси Законодателя. Когда они приехали в Вик, был созван Боргартинг. На нем Инги, которому тогда шел второй год, был провозглашен конунгом. Его провозглашение поддержали Амунди, Тьостольв сын Али и многие другие могущественные мужи.
       Когда на север в Трандхейм пришло известие о том, что Харальд конунг убит, Сигурд, сын Харальда конунга, был провозглашен конунгом. Его провозглашение поддержали Оттар Кумжа, Пэтр сын Овечьего Ульва, и братья, Гутхорм из Рейна, сын Асольва, и Оттар Балли, и многие другие могущественные мужи.
       Так братьям подчинился почти весь народ, и больше всего потому что их отец прослыл святым, и вся страна признала их власть с условием, что страна не попадает под власть никого другого, пока жив один из сыновей Харальда конунга.
       Сигурд Слембидьякон поплыл на север к Стаду, и, когда он достиг Северного Мёра, там уже были получены письма и знаки тех могущественных мужей, которые подчинились сыновьям Харальда конунга, и Сигурд не встретил там никакой поддержки. И так как людей у него было мало, он решил направиться в Трандхейм, куда он уже раньше послал гонцов к своим друзьям и приверженцам Магнуса конунга, который был ослеплен.
       Когда он приплыл в Каупанг, он направился вверх по реке Нид и бросил якорь у двора конунга. Но им пришлось оттуда уйти, потому что весь народ был против них. Они поплыли тогда на Хольм и взяли из монастыря Магнуса сына Сигурда против воли монахов, так как он уже принял монашество. Но большинство людей говорит, что Магнус ушел из монастыря по своей воле и что слух, будто он был взят оттуда, был распространен, чтобы помочь его делу. Он надеялся добиться таким образом поддержки народа, и он ее добился. Все это произошло сразу после йоля.
       Сигурд со своими людьми поплыл вдоль фьорда. За ним последовали Бьёрн сын Эгиля, Гуннар из Гимсара, Халльдор сын Сигурда, Аслак сын Хакона, братья Бенедикт и Эйрик, а также дружина, которая раньше следовала за Магнусом конунгом, и много других людей. Они все поплыли на юг вдоль побережья Северного Мёра в низовья Раумсдаля. Там они разделились. Сигурд Слембидьякон сразу же еще зимой отправился на запад за море, а Магнус направился в Упплёнд, где он рассчитывал найти большую поддержку и в самом деле ее нашел. Он пробыл зиму и все лето в Упплёнде, и у него собралось большое войско.
       Подошел Инги конунг со своим войском, и они встретились в месте, которое называется Мюнни. Завязалась ожесточенная битва. У Магнуса конунга было больше войска. Говорят, что во время битвы Тьостольв сын Али держал Инги конунга у себя за пазухой и шел под знаменем и что его очень теснили со всех сторон. Рассказывают, что именно тогда Инги получил увечья, которые у него остались на всю жизнь: спина у него была скрючена, и одна нога короче другой и так слаба, что он всю жизнь плохо ходил.
       Но вот Магнус конунг стал терпеть большие потери. В первых рядах его войска пали Халльдор сын Сигурда, Бьёрн сын Эгиля и Гуннар из Гимсара. Погибла большая часть войска Магнуса, прежде чем он бежал с поля битвы. Колли говорит так:

Бились вы в метели
Гунн под Мюнни. Снова
С меча сычу крови
Корм давали вскоре.

       И еще так:

Он ушел не раньше,
Кольцеруб, чем в поле
Гридь оставил, щедрый.
Слыл героем в войнах.

       Магнус бежал на восток в Гаутланд, а оттуда в Данию. В то время Карл сын Сони был ярлом в Гаутланде. Он был могуществен и жаден. Магнус Слепой и его люди говорили всем правителям, которых они встречали, что Норвегию может захватить любой могущественный правитель, если он захочет в нее вторгнуться, так как конунга в стране нет, а правят страной лендрманны, но те лендрманны, которые поставлены править страной, все враждуют друг с другом на почве зависти. И вот, поскольку Карл ярл был жаден до власти и прислушался к уговорам Магнуса, он собрал войско и поскакал на восток в Вик, и много народу подчинилось ему из страха.
       Когда об этом узнали Тьостольв сын Али и Амунди, они двинулись навстречу ему с тем войском, которое им удалось собрать, и взяли с собой Инги конунга. Они сошлись с Карлом ярлом и гаутским войском на востоке в лесу Крокаског, и это была вторая битва, в которой Инги конунг одержал победу. В битве пал Мунан сын Эгмунда, брат матери Карла ярла. Эгмунд, отец Мунана, был сыном Орма ярла, сына Эйлива и Сигрид, дочери ярла Финна сына Арни. Астрид дочь Эгмунда была матерью Карла ярла. Много народу погибло в Крокаскоге, и ярл бежал из леса на восток. Инги конунг прогнал их далеко на восток из своей державы, так что их поход кончился позором. Колли говорит так:

Возвестим, как витязь —
Вран припал к горячим
Ранам гаутов — светлый
Меч кровавил в сече.

Плату взял с пней битвы
Тех, кто спор затеял,
Свою в Крокаскоге
Утвердил ты силу.

       Магнус Слепой направился в Данию к Эйрику Незабвенному, и его там хорошо приняли. Он предложил сопровождать Эйрика в Норвегию, если бы тот захотел подчинить себе страну и, пришел бы в Норвегию с датским войском. Он уверял, что, если бы тот нагрянул с ратной силой, ни один человек в Норвегии не решился бы метнуть в него копьем.
       Конунг поддался на уговоры и созвал ополчение. Он двинулся с шестью сотнями кораблей на север в Норвегию, и Магнус Слепой и его люди сопровождали конунга датчан в этом походе. Приплыв в Вик, они направились вдоль западного побережья фьорда, не нарушая особо мира. Но когда их войско подошло к Тунсбергу, там было большое множество лендрманнов Инги конунга. Ватн-Орм сын Дага, брат Грегориуса, предводительствовал ими.
       Так что датчане не могли сойти на берег и запастись водой. Многие из них были там перебиты. Тогда они направились внутрь фьорда к Осло, но там был Тьостольв сын Али.
       Рассказывают, что ковчег с мощами святого Халльварда хотели вынести вечером из города, и несло его столько людей, сколько могло поместиться под ним, но его не сумели даже вынести из церкви. А утром, когда увидели, что войско на кораблях подходит к острову Хёвудей, четыре человека вынесли ковчег из города, и Тьостольв и весь городской люд шли за ковчегом.
       Эйрик конунг и его люди вторглись в город, а некоторые стали преследовать Тьостольва с его людьми. Тьостольв пустил стрелу в человека. которого звал Аскель, — он защищал нос на корабле Эйрика конунга, — и она попала ему в горло и вышла на затылке. Тьостольв считал, что ему никогда не случалось более удачно выстрелить, потому что на том не было другого обнаженного места, кроме горла. Ковчег с мощами святого Халльварда был отнесен в Раумарики и оставался там три месяца. Тьостольв объехал Раумарики и ночью собрал там войско. Утром он вернулся в город.
       Эйрик конунг велел поджечь Церковь Халльварда и дома повсюду в городе, и все сгорело дотла. Тут подоспел Тьостольв с большим войском, и Эйрик конунг уплыл со своими кораблями. Они нигде не могли высадиться на севере фьорда из-за лендрманнов. Всюду, где они пытались высадиться, было пять или шесть лендрманнов или еще больше.
       Инги конунг стоял в Хорнборусунде с большим войском. Когда Эйрик конунг узнал об этом, он повернулся назад в Данию. Инги конунг преследовал их, нанося им столько ущерба, сколько мог. Говорят, что никогда не бывало более неудачного похода, предпринятого с большой ратью, во владения другого конунга, и Эйрик конунг был очень сердит на Магнуса и его людей и считал, что он сделал из себя посмешище, поддавшись на их уговоры, и говорил, что больше не будет таким их другом, каким был раньше.
       Сигурд Слембидьякон приплыл в то лето с запада из-за моря в Норвегию. Когда он услышал о неудаче Магнуса, своего родича, он понял, что найдет мало поддержки в Норвегии, и поплыл на юг вдоль побережья, держась открытого моря, и приплыл в Данию. Он вошел в Эйрарсунд и к югу от Эрри встретил несколько вендских кораблей. Он вступил с ними в бой и одержал победу. Он очистил восемь кораблей, перебил много людей и некоторых повесил. Он сразился с вендами также у Мена и одержал победу. Затем он поплыл на север и зашел в восточный рукав Эльва. Так он захватил три корабля Торира Навозника и Олава, сына Харальда Копье, своего племянника. Матерью Олава была Рагнхильд, дочь конунга Магнуса Голоногого. Он согнал Олава на берег.
       Торир был в Конунгахелле и собрал там войско. Сигурд направился туда, и между ними завязалась перестрелка. У обеих сторон были убитые, и многие были ранены. Сигурду и его людям не удалось высадиться на берег. В перестрелке погиб Ульвхедин сын Сёксольва, он был родом с севера Исландии и сражался на носу корабля Сигурда. Сигурд уплыл оттуда и направился на север в Вик, и разорял там страну. Он стоял в Портюрье на Лунгардссиде, подстерегая корабли, которые шли в Вик или из Вика, и грабил их. Жители Тунсберга собрали войско и нагрянули на него, когда он и его люди были на берегу и делили добычу. Одни напали на них с суши, а другие поставили свои корабли поперек, загораживая выход в море. Сигурд побежал на свой корабль и поплыл им навстречу. Ближайшим к нему оказался корабль Ватн-Орма, и тот отвел свой корабль. Сигурд проплыл мимо него и ускользнул на одном корабле, но многие из его войска погибли. Тогда сочинили такие стихи:

Ватн-Орм у Портюрьи
Сплоховал в пре стали.

       Сигурд Слембидьякон поплыл затем на юг в Данию, и тут погиб один человек с его корабля — Кольбейн сын Торльота из Батальда. Он был в лодке, привязанной к кораблю, а они плыли быстро. Корабль Сигурда разбился, когда они приплыли на юг, и он остался на зиму в Алаборге. А на следующее лето они с Магнусом отправились на семи кораблях на север и подошли ночью, когда их никто не ждал, к Листи и причалили к берегу.
       Там был в то время Бентейн сын Кольбейна, дружинник Инги конунга, смельчак, каких мало. На рассвете Сигурд и его люди сошли на берег, напали врасплох и хотели поджечь усадьбу. Но Бентейн укрылся в какой-то клети. Он был во всеоружии. Он стоял у двери с обнаженным мечом. Перед собой он держал щит, а на голове у него был шлем, и он приготовился защищаться. Дверь была довольно низкая. Сигурд спросил, почему никто не входит внутрь. Ему ответили, что никто не решается. Но в то время, когда шел этот разговор, Сигурд проскочил внутрь мимо Бентейна. Тот нанес по нему удар, но промахнулся. Тогда Сигурд повернулся к нему, и они успели обменяться только немногими ударами, прежде чем Сигурд сразил его и вышел, держа его голову в руке. Они взяли все добро, какое было в усадьбе, и ушли на свои корабли.
       Когда Инги конунг и его друзья узнали об убийстве Бентейна и двух других сыновей Кольбейна — Сигурда и Гюрда, братьев Бентейна, конунг собрал войско и сам отправился в поход против Сигурда и его людей. Он захватил корабль Хакона Пунгельты сына Паля, внука Аслака сына Эрлинга из Соли, двоюродного брата Хакона Брюхо. Инги согнал Хакона на берег и захватил у них все пожитки. Сигурд Аист, сын Эйндриди из Гаутдаля, Эйрик Хелль, его брат, и Андреас Кельдускит, сын Грима из Виста бежали во фьорды, а Сигурд и Магнус и Торлейв Четверик поплыли с тремя кораблями на север в Халогаланд, держась открытого моря.
       Магнус провел зиму на Бьяркей у Видкунна сына Йона. А Сигурд отрубил штевни у своего корабля, пробил в нем дыру и потопил его в глубине Эгисфьорда. Он пробыл зиму в Тьяльдасунде на Хинне в месте которое называется Глюврафьорд. В глубине фьорда есть пещера в скале. Сигурд и его люди, их было больше двадцати человек, пробыли там зиму. Они заделали вход в пещеру, так что его не было видно с берега. В продолжение зимы Сигурду доставляли пропитание Торлейв Четверик и Эйнар, сын Эгмунда из Санда и Гудрун дочери Эйнара, сына Ари из Дымных Холмов. Говорят, что в ту зиму финны сделали Сигурду две лодки в глубине фьорда. Они были сшиты жилами, и в них не было гвоздей. Куски прутьев служили в них скрепами. В каждой из этих лодок умещалось двенадцать гребцов. Сигурд был у финнов, когда они мастерили лодки. У них было пиво, и они пригласили Сигурда на пир. Он потом сочинил такое:

Славно в землянке
Мы пировали,
И княжий сын весел
Шагал меж скамей.

За брашнами нашими
Не сякла радость,
И муж веселье
Вселял в мужа.

       Лодки эти были такие быстроходные, что никакой корабль не мог их обогнать, как сказано здесь:

Всех обойдет
Ладья халейгов,
Бежит под ветром,
Жилами сшита.

       Весной Сигурд и Магнус поплыли на юг на двух лодках, сделанных финнами. Приплыв в Вагар, они убили там Свейна священника и двух его сыновей.
       Сигурд поплыл на юг в Викар и захватил там Вильяльма Скорняка — он был лендрманном Сигурда конунга — и Торальда Челюсть. Обоих они убили. Затем Сигурд поплыл на юг вдоль берега и на юге у Бюрды встретил Стюркара Блестящий Хвост. Он плыл на север из Каупанга. Они убили его. Приплыв на юг на Вальснес, Сигурд встретил Свинячего Грима и велел отрубить ему правую руку. Потом он поплыл на юг в Мёр мимо Трандхеймсмюнни и захватил там Хедина Твердобрюхого и Кальва Круглоглазого. Хедина он отпустил, а Кальва они убили.
       Сигурд конунг и Гюрд Сеятель, его воспитатель, услышали о поездках Сигурда и его делах. Они послали людей на поиски его. Предводителями их назначили Йона Курицу, сына Кальва Кривого, брата Ивара епископа, и Йона Дербника, священника. Они взошли на Оленя. На нем было двадцать две скамьи для гребцов. Это был самый быстроходный из кораблей.
       Они отправились на поиски Сигурда, но не нашли его и вернулись, не покрыв себя славой, потому что, как говорят, они видели Сигурда и его людей, но не решились напасть на них.
       Сигурд направился на юг в Хёрдаланд и приплыл на Хердлу. Там жил Эйнар сын Лососьего Паля. Он уехал в Хамарсфьорд на празднование вознесенья. Они забрали все добро, которое нашли у него, боевой корабль с двадцатью пятью скамьями для гребцов, принадлежавший Эйнару, и его четырехлетнего сына, который находился у одного из его работников. Некоторые хотели убить мальчика, другие хотели увезти его с собой. Работник Эйнара сказал им:
       — Вам не будет никакой пользы от того, что вы убьете этого мальчика, и никакой выгоды от того, что вы его увезете с собой. Он мой сын, а не Эйнара.
       Поверив его словам, они оставили мальчика и уехали. Когда Эйнар вернулся домой, он дал этому работнику денег до двух эйриров золота, поблагодарил его за вмешательство и обещал всегда быть его другом.
       Так говорит Эйрик сын Одда, который первым записал этот рассказ. По его словам, он слышал в Бьёргюне, как Эйнар сын Паля рассказывал об этих событиях.
       Сигурд поехал затем на юг вдоль берега и дальше на восток в Вик и на востоке в Квильдире настиг Финна сына Овечьего Ульва, который ехал собирать подати для Инги конунга, и они повесили его. Они поехали потом на юг в Данию.
       Жители Вика и Бьёргюна говорили, что не подобает Сигурду конунгу и его друзьям сидеть спокойно на севере в Каупанге, в то время как убийцы его отца проплывают по большой дороге мимо Трандхеймсмюнни, а Инги конунг со своим войском на востоке в Вике подвергается опасности и защищает страну, и уже много раз сражался. И вот Инги конунг шлет послание на север в Каупанг. Это послание гласило:
       — Инги конунг, сын Харальда конунга, шлет божье и свое приветствие Сигурду конунгу, своему брату, Гюрду Сеятелю, Эгмунду Свифтиру, Оттару Кумже, всем лендрманнам, дружинникам и слугам и всему народу, богатым и бедным, молодым и старым. Всем людям известна опасность, в которой мы находимся, а также наша молодость, то, что тебе всего пять лет от роду, а мне всего три. Мы ничего не можем предпринять, не пользуясь помощью наших друзей и добрых людей. Но я думаю, что мне и моим друзьям больше угрожают беда и опасность, которые нас обоих постигли, чем тебе и твоим друзьям. Поэтому соизволь поскорее прибыть ко мне с возможно большим войском, дабы мы были вместе, что бы ни случилось. Тот наш лучший друг, кто хочет, чтобы мы всегда были в возможно большем согласии и во всем заодно. Но если ты, как ты и раньше делал, не откликнешься на призыв, с которым я вынужден к тебе обратиться, и не прибудешь ко мне, то будь готов к тому, что я пойду против тебя с войском. И пусть тогда бог рассудит нас, потому что мы не можем больше нести такие большие расходы и содержать такое большое войско, которое здесь необходимо из-за немирья, в то время как ты получаешь половину всех податей и других доходов в Норвегии. Божий мир с вами!
       Тогда Оттар Кумжа ответил и встал на тинге и сказал:
       — Вот что Сигурд конунг должен сказать своему брату Инги конунгу: да возблагодарит тебя бог за твое дружественное приветствие, а также за труды и тяготы, которые ты и твои друзья несут в этой державе вследствие беды, которая постигла нас обоих. И хотя кое-что в словах Инги конунга своему брату Сигурду конунгу кажется довольно суровым, он по многим причинам имеет право говорить так. Я хочу высказать свое мнение и услышать, согласны ли с ним Сигурд конунг или другие могущественные люди. По-моему, ты, Сигурд конунг, должен собраться в поход с войском, которое за тобой последует, чтобы защищать свою страну, и отправиться к Инги конунгу, твоему брату, с возможно большим числом людей, как только ты сможешь, и помогать друг другу во всех опасностях, а всемогущий бог да поможет вам обоим. Мы хотим услышать твое решение, конунг.
       Пэтр, сын Овечьего Ульва, принес Сигурда конунга на тинг. Его с тех пор стали называть Пэтр Носильщик. Конунг сказал:
       — Знайте все, если я должен вынести решение, что я хочу отправиться к Инги конунгу, моему брату, как можно скорее.
       После этого говорили один за другим, и хотя каждый начинал по-своему, их речи кончались тем же, что сказал Оттар Кумжа, и было решено собрать войско и отправиться на восток страны. И Сигурд конунг направился на восток в Вик и встретился там с Инги конунгом, своим братом.
       В ту же самую осень приплыли Сигурд Слембидьякон и Магнус Слепой с юга из Дании с тридцатью кораблями и войском датчан и норвежцев. Это было в начале зимы. Когда конунги и их войско узнали об этом, они двинулись на восток им навстречу.
       Они сошлись у островов Хвалир у Острова Серого на следующий день после дня Мартейна. Это было воскресенье.
       У конунгов Инги и Сигурда было двадцать кораблей, и все они были большие. Завязалась ожесточенная битва, но после первого натиска датчане бежали с восемнадцатью кораблями к себе домой на юг. Тогда стали очищать от людей корабли Сигурда и Магнуса. И когда корабль Магнуса был почти очищен, а он лежал на своем ложе, Хрейдар сын Грьотгарда, который давно примкнул к нему и был его дружинником, подхватил Магнуса конунга и хотел перепрыгнуть с ним на другой корабль. Тут копье попало Хрейдару между лопаток и пронзило его насквозь. Люди рассказывают, что Магнус погиб от этого же копья и что Хрейдар упал навзничь на палубу, а Магнус — на него. И все говорят, что Хрейдар хорошо и доблестно постоял за своего господина. Хорошо тому, кто снискал такую славу!
       На корабле Магнуса конунга погибли также Лодин Хлебала из Линустадира, Бруси сын Тормода, защищавший нос на корабле Сигурда Слембидьякона, Ивар сын Кольбейна и Халльвард Лощильник, защищавший корму на корабле Сигурда Слембидьякона. Ивар был тем, кто, ворвавшись к Харальду конунгу, первым нанес ему удар.
       Погибла большая часть войска Магнуса и Сигурда, так как люди Инги никому не давали ускользнуть, кого они могли настичь, хотя я называю только немногих. На одном островке они убили больше шестидесяти человек. Там были убиты также два исландца: Сигурд священник, сын Бергтора сына Мара, и Клемент, сын Ари сына Эйнара. Там был также Ивар Кольцо, сын Кальва Кривого. Он был потом епископом на севере в Трандхейме. Он был отцом Эйрика архиепископа. Ивар всегда следовал за Магнусом. Он спасся, бежав на корабле своего брата Йона Курицы. Йон был женат на Цецилии, дочери Гюрда сына Барда. Трое спаслось на корабль Йона: вторым был Арнбьёрн Амби, который потом женился на дочери Торстейна из Аудсхольта, а третьим — Ивар Хлыщ сын Стари. Он был братом Хельги сына Стари, и трандхеймец со стороны матери. Это был очень красивый муж.
       Когда люди узнали, что эти трое на корабле Йона, они взялись за оружие и хотели напасть на Йона и его людей. А те приготовились к сопротивлению, и было похоже на то, что снова начнется битва. Однако помирились на том, что Йон взялся выкупить своего брата Ивара и Арнбьёрна, и тут же выплатил деньги, и эти деньги ему потом вернули. А Ивара Хлыща свели на берег и обезглавили: сыновья Кольбейна Сигурд и Гюрд не захотели брать за него выкуп, так как не могли простить ему того, что он присутствовал при убийстве их брата Бентейна.
       Ивар епископ говорил, что его ничто никогда не затрагивало сильнее, чём то, как Ивара свели на берег, чтобы обезглавить, а он обернулся к ним и пожелал им счастливо оставаться. Это рассказала Гудрид дочь Бергира, сестра Йона архиепископа, Эйрику сыну Одда. По ее словам, она слышала это от Ивара епископа.
       Трандом Мытарем звали человека, который правил одним из кораблей в войске Инги. А дошло до того, что люди Инги подплывали на лодках к тем, кто был в воде, и убивали всех, кого настигали.
       Сигурд Слембидьякон прыгнул в море со своего корабля, когда тот был очищен от людей, и скинул с себя кольчугу в воде. Затем он поплыл, прикрываясь щитом. А какие-то люди с корабля Транда настигли одного человека, который плыл, и хотели его убить. Тот стал просить пощады и сказал, что откроет, где Сигурд Слембидьякон. Они согласились. А щиты, копья, трупы убитых и одежда плавали повсюду между кораблями.
       — Видите, — говорит он, — как плывет красный щит. Он под ним.
       Они подплыли туда, схватили человека под щитом и отвезли на корабль Транда. Тот известил Тьостольва, Оттара и Амунди. Сигурд Слембидьякон имел при себе огниво и трут, спрятанный в ореховой скорлупе, облепленной снаружи воском. Об этом упоминается потому, что это казалось очень хитрым способом сохранять трут сухим. Он плыл под щитом, чтобы никто не узнал, он это или кто другой, потому что многие плыли так в море. Они сами говорят, что никогда бы его не нашли, если бы им не сказали. Когда Транд сошел с ним на берег и людям было сказано, что он схвачен, в войске раздался крик радости. Услышав его, Сигурд сказал:
       — Многие злые люди порадуются сегодня моей смерти.
       Тут Тьостольв сын Али подошел туда, где тот сидел, и сорвал у него с головы шелковую шапку, отделанную лентами. Тьостольв сказал:
       — Как ты посмел, рабий сын, назваться сыном Магнуса конунга?
       Тот ответил:
       — Не смей равнять моего отца с рабом, потому что мало чего стоил твой отец рядом с моим.
       Халль, сын Торгейра Лекаря сына Стейна, был дружинником Инги конунга и присутствовал при всех этих событиях. Он рассказал о них Эйрику сыну Одда, и тот записал этот рассказ. Эйрик написал книгу, которая называется Хрюггьярстюкки. В этой книге рассказывается о Харальде Гилли и двух его сыновьях, о Магнусе Слепом и о Сигурде Слембире, всё до самой их смерти. Эйрик был человек умный и подолгу бывал в Норвегии в те времена. Некоторые рассказы он записал со слов Хакона Брюхо, лендрманна сыновей Харальда. Хакон и его сыновья участвовали во всех этих распрях и делах. Эйрик называет также других людей, умных и заслуживающих доверия, которые рассказали ему об этих событиях и которые присутствовали при них, так что видели или слышали, что происходило, а кое-что он написал, согласно тому, что сам слышал или видел.
       Халль рассказывает, что предводители войска хотели сразу же предать Сигурда Слембира смерти, но самые жестокие и те, у которых было за что мстить ему, настояли на том, чтобы пытать его, и это было поручено братьям Бентейна Сигурду и Гюрду, сыновьям Кольбейна. Также Пэтр Носильщик хотел отомстить за Финна, своего брата. Но предводители войска и большинство других устранились.
       Ему поломали ноги и руки обухом секиры. Затем сорвали с него одежду и хотели содрать с него живого кожу. У него стали сдирать кожу с черепа, но потоки крови помешали им. Тогда они сделали ременный бич и долго стегали его, так что вся кожа сошла с него, как будто ее содрали с него. Тут они стали бить его поленом по хребту, пока не переломили. Затем они подтащили его к дереву и повесили. Затем они отрубили у него голову и оттащили его труп и закопали в куче камней.
       Все, как друзья, так и враги его, говорят, что не было человека в Норвегии, который в чем-либо превосходил Сигурда, насколько помнят люди, которые тогда жили. Но не было ему кое в чем удачи. Халль рассказывает, что он мало говорил и почти не отвечал, когда к нему обращались, и вел себя так, как если бы они били по бревну или камню. Халль утверждает, что он, наверно, был человеком большой силы духа, раз он переносил пытки, не моргнув глазом. Халль рассказывает также, что он ни разу не изменил голоса и говорил так же спокойно, как будто он сидел за пивом, не повышал и не понижал голоса, и голос его не дрожал. Он говорил до самой своей смерти и в промежутки пел что-то из псалтыря. Халль сказал, что, как ему кажется, все это намного превосходит мужество и силу духа других людей.
       Священник, церковь которого была неподалеку, позаботился о том, чтобы тело Сигурда перенесли в церковь. Этот священник был другом сыновей Харальда. Но когда те узнали об этом, они разгневались на него и велели отнести тело туда, где оно лежало раньше, и кроме того священник должен был раскошелиться. Но друзья Сигурда приехали потом за его телом на корабле с юга из Дании, отвезли его в Алаборг и погребли там в городе в Церкви Марии. Кетиль пробст, который был хранителем Церкви Марии, сказал Эйрику, что Сигурд похоронен там.
       Тьостольв сын Али велел отвезти тело Магнуса конунга в Осло и похоронить его в Церкви Халльварда рядом с Сигурдом конунгом, его отцом. Тело Лодина Хлебалы они отвезли в Тунсберг, и всех остальных дружинников они погребли там.
       Сигурд и Инги правили Норвегией шесть лет. В ту весну с запада из Шотландии приехал Эйстейн. Он был сыном Харальда Гилли. Арни Стурла, Торлейв сын Брюньольва и Кольбейн Куча поехали на запад за море за Эйстейном и привезли его в страну и сразу же направились на север в Трандхейм. Трёнды хорошо его приняли, и он был провозглашен конунгом на Эйрартинге на неделе перед вознесеньем. Он должен был владеть третью Норвегии, как его братья.
       Сигурд и Инги были тогда на востоке страны. Конунги вступили в переговоры через гонцов и договорились, что Эйстейн будет править третью державы. [. . .] так как верили тому, что некогда сказал Харальд конунг. Мать Эйстейна звали Бьядок. Она приехала в Норвегию вместе с ним.
       Магнусом звали четвертого сына Харальда конунга. Его воспитывал Кюрпинга-Орм. Магнус тоже был провозглашен конунгом и получил свою часть страны. У Магнуса были больные ноги. Он прожил недолго и умер в постели. О нем упоминает Эйнар сын Скули:

Кольца Эйстейн делит.
Разит Сигурд в битве.
Звонок меч у Инги.
Мир приносит Магнус.

Четверо, меж смертных
Всех превыше — крыши —
Братья — Игга в рети
Княжий род пятнает.

       После смерти конунга Харальда Гилли Ингирид, конунгова вдова, вышла замуж за Оттара Кумжу. Он был лендрманном и могущественным человеком. Он был трёнд родом. Он был могучей опорой Инги конунга, когда тот был ребенком. Сигурд конунг недолюбливал его. Он считал, что тот всегда держит сторону Инги конунга, своего пасынка. Оттар Кумжа был убит однажды вечером в Каупанге, когда он пошел к вечерне. Он услышал свист меча в воздухе и поднял руку, чтобы защититься плащом, думая, что в него бросили снежком, как это в обычае у мальчишек. Удар меча сразил его. Альв Драчун, его сын, как раз в это время входил на церковный двор. Он увидел, что его отец упал, а также, что человек, который его сразил, побежал на восток за церковь. Альв побежал за ним и убил его у церковного угла. Люди говорили, что месть ему хорошо удалась, и стали думать о нем гораздо лучше, чем раньше.
       Конунг Эйстейн сын Харальда был в Трандхейме, когда услышал о смерти Оттара. Он сразу же собрал войско бондов. Он направился в город, и у него было много народу. Родичи и друзья Оттара винили в его убийстве Сигурда конунга, который был тогда в Каупанге. Бонды были очень злы на него. А он сказал, что готов подвергнуться божьему суду и пронести раскаленное железо, чтобы снять с себя обвинение, и на этом помирились. Сигурд конунг уехал после этого на юг страны, и божий суд так и не состоялся.
       У Ингирид, конунговой матери, был сын от Ивара Прута. Его имя было Орм, а потом его звали Конунговым Братом. Он был очень красив с виду и стал могущественным человеком, о чем еще будет речь позднее. Ингирид, конунгова мать, вышла замуж за Арни из Стодрейма. Его потом звали Конунговым Отчимом. Их детьми были Инги, Николас, Филиппус с Хердлы и Маргрет, на которой был женат Бьёрн Козел, а потом Симун сын Кари.